ru en

Публикации

Достаточно сильны для ВТО


Восемнадцать лет обсуждения условий вступления России во Всемирную торговую организацию не прошли даром. Почти все опрошенные нами предприниматели считают себя готовыми к работе на открытом рынке
Россия поставила абсолютный рекорд длительности переговоров по присоединению к ВТО. Завершившийся на позапрошлой неделе переговорный процесс продолжался с перерывами 18 лет. Если политическое решение о нашем присоединении принято окончательно и все документы будут ратифицированы российским парламентом в срок (а именно до июля будущего года), то по продолжительности «вступительного марафона» мы обгоним прежних рекордсменов Китай (вступил в ВТО в 2001 году) и Украину (в 2008-м, правда, сейчас собирается переторговывать условия членства) сразу на три года.

Можно с уверенностью утверждать, что Россия, подавшая заявку на вступление в ВТО, и Россия, стоящая сегодня на пороге членства в глобальном «торговом клубе», — это две разные страны и две разные экономики. Степень открытости внутреннего рынка, если оставить за скобками спровоцированный кризисом и заявлявшийся как временный всплеск протекционизма 2009 год, существенно выросла. Отечественные производители второй десяток лет ведут упорную, кто удачную, кто почти безнадежную, борьбу с иностранными конкурентами, многие из которых плотно обосновались в России, за кошельки все более разборчивых потребителей.

Сегодня мы существенно лучше готовы к вступлению в высшую торговую лигу. Представители большинства отраслей, которых мы опросили в процессе подготовки этого обзора, были далеки от панических настроений. Да, конкуренция с импортом усилится, причем, что особенно тревожно, в тех секторах, которые переживают сейчас инвестиционный ренессанс (свиноводы, молочники, производители грузовиков и другие), но опускать руки никто не собирается. Напротив, российский бизнес намерен по максимуму использовать возможности ВТО на экспортных рынках, а также в части нетарифной защиты и поддержки внутреннего рынка. И надеется, что государство подключится к этой работе.

А теперь, кому интересно, детали.

Защитили промсборку легковушек, сдали грузовики
Автомобильный рынок — одна из самых острых тем, которые обсуждаются в связи с вступлением России в ВТО. Общеизвестно, что автомобили в России стоят гораздо дороже, чем в богатых странах. За 10 тыс. долларов в США можно уехать из автосалона, например, на новеньком компактном седане Nissan Versa. Популярный в России седан бизнес-класса Toyota Camry стоит в Америке в новом состоянии 21 тыс. долларов, а внедорожник Suzuki Grand Vitara и того меньше — 18 тыс. долларов. На российском рынке эти машины можно купить за сумму от миллиона рублей, то есть более чем за 30 тыс. долларов.

Российский потребитель переплачивает столь большие деньги за импортные иномарки, чтобы дать возможность автомобильной промышленности развиваться внутри страны. Но вот Россия вступает в ВТО. Сразу после присоединения к организации пошлины на новые легковые автомобили снизятся с нынешних 30 до 25%. Далее в течение трех лет они останутся на этом уровне, а потом будут снижаться примерно по 2,5% в год, пока через семь лет не достигнут 15%. Вроде бы падение существенное, новые иномарки должны подешеветь, и, таким образом, импорт начнет теснить производимую внутри страны автомобильную продукцию. Но не стоит спешить с такими выводами.

Прежде всего в распоряжении властей остаются нетарифные методы регулирования, активно используемые тем же членом ВТО Китаем. В частности, ничто не мешает правительству, понизив размер пошлины, увеличить акциз на легковые машины.

Не стоит ждать снятия заграждений и на пути следования подержанных иностранных машин в Россию. Российские чиновники на прошлой неделе заявили, что на автомобили старше семи лет пошлина вовсе останется неизменной. А на более свежие с пробегом пошлина с момента присоединения к ВТО будет установлена в размере 25%, она не изменится пять лет, а затем в течение двух лет будет снижена до 20%. При этом официальные лица оговариваются, что эти новые пошлины будут сопровождаться «разными специфическими ставками». Это дает основания предполагать, что демпинга цен на подержанные иномарки ждать не стоит.

Теперь об иномарках, производимых на территории России. Напомним, что в конце прошлого года правительство сильно ужесточило условия так называемой промсборки автомобилей на территории РФ. Оно обязало зарубежные автоконцерны повысить степень локализации своей продукции с 30 до 60% и выпускать не меньше 300 тыс. автомобилей в год. Ряд зарубежных концернов (Renault-Nissan, Volkswagen, Ford и др.) подписали это соглашение, получив взамен обещания существенных льгот, прежде всего по ввозу комплектующих для выпускаемых на нашей территории иномарок.

Но России удалось здесь отстоять свою позицию. В результате сложных переговоров заявлено, что несколько сокращен срок действия льгот для иностранных автопроизводителей, подписавших новое соглашение по промсборке (им обещались льготы до 2020 года, теперь этот срок, вероятно, сократится до 2018-го).

Если с защитой производства легковых автомобилей после вступления России в ВТО дело, похоже, обстоит более или менее благополучно, то с грузовыми машинами и автобусами все выглядит иначе. По имеющейся информации, пошлины на новые самосвалы (массой от 20 т) сразу после вступления в ВТО должны снизиться с нынешних 25 до 10%, а через три года и вовсе опуститься до 5%. Кардинально понизится и пошлина на подержанные самосвалы: на эти машины возрастом от трех до пяти лет пошлина с 30% упадет до 15%, а через три года — до 10%. А для самосвалов возрастом от пяти до семи лет нынешняя пошлина (4,4 евро за 1 куб. см) будет заменена ставкой в размере 15%, которая через три года превратится в 10%. Снизятся и пошлины на новые седельные тягачи.

Развитие российского рынка грузовиков проходит под знаком противостояния отечественных и иностранных производителей. В отличие от сегмента легковых автомобилей здесь нашим маркам пока удается сохранять доминирующее положение. Более того, в кризис позиции российских грузовиков еще больше упрочились. Если по итогам 2008 года доля продаж грузовых машин отечественных марок снизилась до 45%, то по итогам 2010 года доля российских грузовиков, по данным «Автостата», составила 56,7% от всего рынка

Отечественные производители грузовиков, прежде всего КамАЗ, ГАЗ и «Урал», опасаются, что если все договоренности будут реализованы, то вступление в ВТО для российских производителей обернется серьезным ударом: на рынок из-за рубежа хлынут не только новые автомобили от ведущих западных компаний, но и подержанные, в частности из Китая, который активно наращивает выпуск грузовиков.

Чиновник хуже конкурентов
Вступление России в ВТО вряд ли кардинально отразится на рынке базовых стройматериалов. Его игроки не ожидают резкого изменения конкурентной среды или увеличения давления со стороны зарубежных поставщиков. Руководитель компании «Строительная информация» Евгений Ботка напоминает, что действующие таможенные пошлины на большинство стройматериалов не превышают пяти процентов, поэтому снижения или отмены ставок рынок, скорее всего, попросту не заметит.

Некоторые изменения могут произойти разве что в верхнем ценовом сегменте. Эксперты не исключают, что вступление в ВТО создаст предпосылки для качественного сдвига в структуре спроса на высококачественную продукцию, могут открыться новые возможности для отечественных игроков. «Есть премиальные сегменты, в которых велика доля импорта. Например, в кровельных материалах это черепица. Сейчас российские производители черепицы вынуждены подстраиваться по цене под европейских поставщиков. Однако у нас качество не хуже, установлено современное оборудование, мы можем продавать материалы дешевле, но не делаем этого — покупать не будут. Возможно, снижение или отмена таможенных пошлин мотивирует импортеров, которые пока делают погоду в этом сегменте, проводить более гибкую ценовую политику. Что, в свою очередь, позволило бы расширить спрос на высококачественную продукцию», — говорит президент компании «Технониколь» (производитель кровли, тепло- и гидроизоляции) Сергей Колесников.

Что же касается продукции массового спроса, то сегодня импортировать базовые стройматериалы экономически нецелесообразно даже при мизерных или нулевых таможенных пошлинах. Во-первых, в силу географических особенностей, большого транспортного плеча, инфраструктурных ограничений. Во-вторых, объемы внутреннего производства стройматериалов в последние годы заметно возросли. Местные и западные инвесторы построили десятки современных заводов по производству кровли, теплоизоляции, стеновых блоков. Даже крупные западные игроки (производители теплоизоляции, кровельных, облицовочных материалов и проч.) стремились максимально локализоваться и приблизить производственные мощности к рынкам сбыта.

В целом же участников рынка стройматериалов заботит не столько риск давления со стороны зарубежных конкурентов, сколько неослабевающий бюрократический пресс со стороны российских чиновников. Больше всего претензий выдвигается к необоснованно сложным и продолжительным процедурам согласований, в которые неизбежно упираются любые инвестиционные процессы, связанные с развитием производственных мощностей. Российский бюрократический аппарат, а не таможенные пошлины представляют реальную угрозу конкурентоспособности русского бизнеса.

Поставим на зеленое
Одним из важнейших вопросов в марафоне переговоров о присоединении России к ВТО стало обсуждение допустимого уровня государственной поддержки сельского хозяйства. Окончательные цифры, к которым стороны пришли сегодня, это 9 млрд долларов в 2012–2013 годах с последующим равномерным снижением до 4,4 млрд долларов в 2018 году. При этом эксперты поясняют, что реальный уровень поддержки отечественного сельского хозяйства в последние годы аккурат соответствует оговоренному на 2018 год — 4–4,5 млрд долларов. Что касается 9 млрд, то это своего рода пиковое значение. По словам Сергея Киселева, завкафедрой агроэкономики экономического факультета МГУ, консультанта на переговорах по ВТО, выдвигая эту цифру, российская сторона взяла за основу показатели 1993–1995 годов, а на этот период пришлось масштабное списание долгов сельскохозяйственных производителей, предпринятое перед выборами 1996 года, которое зачлось в суммарный объем поддержки. Дмитрий Рылько, директор Института конъюнктуры аграрного рынка, замечает, что единственный риск, возникающий при достигнутых по объемам поддержки соглашениях, обусловлен лишь возможными бюджетными ограничениями. Иными словами, сможет ли государство поднять уровень поддержки в ближайшие годы.

При этом следует помнить, что речь до сих пор шла только о так называемом янтарном ящике мер — то есть о мерах, непосредственно стимулирующих рост, искажающих условия торговли и производства, к ним относятся субсидии и ценовая поддержка. Между тем большое поле для маневра предоставляет так называемый зеленый ящик мер поддержки, в который входят программы, прямо не воздействующие на производство. В ВТО размер последних не оговаривается. В их число входят затраты на науку, маркетинг (если он не приводит к снижению цен), ликвидацию последствий стихийных бедствий, инвестиции в мелиорацию, строительство дорог, портовых терминалов, подведение электросетей, поддержка регионов, относящихся по определенным критериям к территориям с неблагоприятными условиями ведения сельского хозяйства, и многое другое, связанное с формированием инфраструктуры аграрного сектора и совершенствованием среды деятельности производителей. Зеленый ящик предоставляет достаточно возможностей, и именно на него опираются сейчас страны — члены ВТО, заботящиеся о своем аграрном секторе. По мнению председателя правления «Союзмолоко» Андрея Даниленко, инструментами зеленой корзины нужно будет очень гибко и активно пользоваться. Сумеем — хорошо, не сумеем — российскому агробизнесу придется туго.

Наблюдатели уверены, что и прочие условия, связанные с государственной поддержкой сельского хозяйства, не должны создать особых проблем для аграрного сектора России. Так, по настоянию Бразилии, одного из крупнейших мировых экспортеров мяса, опасающегося, что Россия сконцентрирует поддержку мясного производства, российская сторона согласилась, что поддержка производства одного вида продукции не должна превышать 30% от объема поддержки в целом. При этом, как утверждают специалисты, концентрация поддержки у нас никогда не превышала 15–16%.

Свиноводы, молочники и рисовики в зоне риска
В агропродовольственном комплексе есть ряд наиболее чувствительных товаров, внутреннее производство которых может сильнее всего пострадать от либерализации торговых правил. Это те товары, которые сегодня лучше всего защищены тарифно-таможенным регулированием: мясо и мясопродукты, молочные продукты длительного хранения (сыры, сухое молоко, молочный жир), рис, сахар, сезонные овощи. Практически по всем эти товарам договоренности оказались не в нашу пользу. Особенно удивило участников рынка, что, согласовывая с ними ряд компромиссов, переговорщики умалчивали об уже сделанных уступках. «Нас фактически вводили в заблуждение», — говорит Сергей Юшин, руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации. Так, в рамках договоренностей объем квот на ввоз свинины, которые облагаются пошлиной, сократился незначительно — на 70 тыс. тонн (до 430 тыс. тонн), но внутриквотную пошлину в 15% обнулили. Представители рынка, участвовавшие в обсуждении размеров квот, согласились пойти на компромисс (изначально свиноводы настаивали на сокращении квоты до 300 тыс. тонн), не зная, что с даты присоединения к ВТО уровень пошлины на живых свиней («живок»), ввозимых в Россию, снизится одномоментно в восемь раз — с 40 до 5%. Это означает, что к нам немедленно повезут свиней на убой, объем завоза, вероятнее всего, будет даже выше рекордного 1 млн голов (таким был объем в 2009 году до введения пошлины в 40%), прогнозируют участники рынка. Кроме того, с 25 до 15% снижается пошлина на ввоз мясопродуктов — свиного шпика, субпродуктов и т. п. Вместе с импортом свинины в рамках квоты 430 тыс. тонн и сверх квот общий объем ввоза мяса свинины, включая «живок» и субпродукты, по прогнозам, будет сохраняться на уровне 1 млн тонн в год. Прибавьте сюда птицу и говядину, и мы преодолеваем планку в 2 млн тонн — примерно столько было импортировано мяса на наш рынок в прошлом, 2010-м, году. Фактически мы согласились на сохранение тех объемов импорта мясных продуктов, что были и ранее, до 2019 года (после чего все квоты вообще отменяются), но по ценам существенно ниже. В таких условиях дальнейшее развитие наиболее быстрорастущей сейчас отрасли — свиноводства — окажется под угрозой, считает Юшин: «Для производителей очевидно, что условия, на которых Россия договорилась вступить в ВТО, приведут к снижению доходов в свиноводстве у наиболее эффективных предприятий как минимум вдвое (с 30 рублей сегодня до 15 рублей на килограмм). Соответственно, сроки окупаемости большинства построенных в последние годы свинокомплексов превысят восемь лет, а нередко поднимутся и до десяти и более лет. Бизнес-планы придется пересматривать, ведь они готовились в иных условиях ведения бизнеса».

В качестве примера можно привести компанию «Русагро», которая заморозила строительство свинокомплекса в Челябинской области с объемом инвестиций в 20 млрд рублей «в связи с неясной рыночной ситуацией после присоединения России к ВТО».

Не очень довольны договоренностями и молочники. Так, по предварительной информации, на сухое молоко пошлины будут снижены с 25 до 15%, на сыры сама пошлина снижена незначительно, зато почти вдвое — ценовая планка, после которой пошлина не взимается. То есть наш рынок становится более доступным для недорогих сыров, составляющих основную конкуренцию нашим производителям.

Есть и другие вопросы, которые волнуют представителей молочной промышленности. Например, вопросы технологических регламентов и контроля качества — какие договоренности есть по этому поводу? Представители отрасли пока не в курсе, тем не менее многие моменты могут быть существенными, считает Андрей Даниленко: «По регламентам многих стран, входящих в ВТО, допускается наличие в молоке какого-то количества антибиотиков, например, более мягкие требования по микробиологии, по содержанию сухого молока и так далее. В нашей стране требования более жесткие, члены ВТО могут счесть, что они избыточны, и принудить их снизить. Мы не знаем, насколько по условиям ВТО существующие требования безопасности продукции могут быть оспорены импортерами».

Сильно озабочены ситуацией рисоводы: защищающая отрасль пошлина, которая к последнему времени достигла уровня 120 евро за тонну, будет снижена почти в три раза, до 45 евро. «К нам хлынет более дешевый и менее качественный рис, — прогнозирует Аркадий Злочевский, президент Зернового союза. — Достижения отрасли, которая благодаря защите выросла с 300 тысяч тонн риса в год до 1,2 миллиона (урожай этого года) и покрыла полностью свои внутренние потребности в круглозерновом рисе плюс даже начала что-то экспортировать, пойдут на спад». Государству понадобится включаться в решение социальных проблем полумиллиона жителей Краснодарского края, которые живут на землях, не приспособленных ни для чего, кроме риса. Что касается остальных зерновых культур, то никаких преференций по поставкам их на мировой рынок членство в ВТО нам не дает, отмечает Аркадий Злочевский. «Единственная гипотетическая возможность, — отмечает он, — о которой можно говорить, это, будучи уже членом ВТО, поднять вопрос об упразднении европейских квот на пшеницу Черноморского региона (в рамках этих квот мы вынуждены конкурировать с Казахстаном и Украиной) и введении для нас отдельной страновой квоты, как это сделано для Канады. Впрочем, Евросоюз может и не пойти на это — общая региональная квота вполне легитимна».

Удар по контрафакту
Вступление в ВТО и последующее за ним увеличение импорта товаров легпрома может осложнить ситуацию в отечественной текстильной отрасли. Улучшение условий экспорта, которое обещает ВТО, для российских текстильщиков неактуально: времена, когда отрасль выживала исключительно за счет поставок суровья за рубеж, закончились еще в начале нулевых. Сегодня экспорт российского текстиля не превышает 7% выпуска — в основном речь идет об экспорте нишевых или сувенирных продуктов, таких как изделия из льна, например. «Интеграция в мировое сообщество эффективна только для отрасли, где экспорт составляет не менее половины объемов производства», — убежден Юрий Яблоков, председатель совета директоров текстильной корпорации «Нордтекс».

Впрочем, некоторые игроки текстильного рынка считают, что вступление в ВТО все же не принесет значительного урона отрасли: бо?льшая часть иностранных производителей и так присутствует на отечественном рынке, и российские компании научились с ними конкурировать в своих нишах. Более того, последствия могут оказаться и позитивными. Снижение пошлин на текстиль с 9,5 до 7,3%, как и возможное сокращение НДС, позволит уменьшить объемы контрафакта на рынке. За последнее время присутствие незаконно ввезенной в страну продукции увеличилось в разы — сегодня доля контрафакта на рынке текстиля доходит до 50%, а на рынке одежды — до 80%. По словам Владимира Мельникова, президента компании «Глория Джинс», главное препятствие для развития российских швейников — это вещевые рынки, торгующие контрафактом. «Чем ниже пошлины и НДС, тем меньше рентабельность контрафакта», — соглашается с ним Василий Гущин, глава текстильного холдинга «Мега».

Тысяча китайских обувщиков не придет
Представители кожевенной и обувной отрасли сильно озабочены правилами игры, которые сложатся на рынке после вступления России в ВТО. «Негативное влияние окажет существенное снижение действующих запретительных пошлин на вывоз кожевенного сырья, снижение импортных пошлин на обувь, а также невозможность субсидировать производство экспортных товаров, — говорит Александра Андрунакиевич, генеральный директор Российского союза кожевников и обувщиков. — Процентов тридцать готовой продукции кожевенных заводов сегодня экспортируется, и отказ от субсидирования повлияет не лучшим образом на экономику предприятий. Рентабельность кожевенного производства и без того в среднем составляет около одного процента, возможности для сохранения конкурентной цены очень ограничены. Если к этой непростой экономике прибавить снижение пошлины на вывоз сырья (в 2,5 раза в течение пяти лет, с 500 до 200 евро за тонну), то сырые шкуры просто будут вывозиться на экспорт, как это было еще десять лет назад. На рынке останутся единичные предприятия, отрасль как таковая рискует исчезнуть».

Уровень пошлин на обувь в течение трехлетнего переходного периода также сократится существенно — по основным позициям практически в три раза, до 0,3 евро за пару (сегодня 70% обуви ввозится с пошлиной 1 евро). «Это будет означать, что производить обувь в России станет еще труднее, — констатирует Андрей Бережной, генеральный директор компании Ralf Ringer. — Что конкретно будет включать в себя это “труднее”, сказать сложно в силу тех неопределенностей, которыми характеризуется сегодня глобальный рынок».

И все же обувщики считают, что вступление в ВТО существенно расклад сил на рынке не изменит. «Мы уже интегрировались в мировое сообщество в 2006 году, когда пошлины на импорт обуви были снижены до 10 процентов, как и в большинстве стран, — говорит Антон Титов, глава компании “Обувь России”. — Это было сделано, чтобы свести к минимуму контрафакт, который тогда доминировал. Сегодня “серой” обуви на рынке практически не осталось». По его словам, российские компании обеспечивают около 20% спроса на обувь, остальное приходится на иностранцев, и в ближайшее время вряд ли их доля радикально увеличится.

«Сухой» под угрозой
В соответствии с принятыми обязательствами Россия в течение семи лет должна будет резко сократить таможенные пошлины на импортируемые в страну магистральные авиалайнеры. Так, например, ставки на ввоз широкофюзеляжных дальнемагистральных самолетов будут снижены более чем вдвое, с 20 до 7,5%, а на все остальные воздушные суда — до 12,5%. Пошлина на сверхлегкие самолеты (со взлетной массой от 2 до 15 тонн) уменьшится к 2018 году с нынешних 10 до 8%. Все это позволит снизить цены на импортируемые в Россию самолеты в среднем примерно на 5%, но в то же время создаст серьезную угрозу масштабным авиастроительным проектам, которые реализует наша страна.

Сейчас благодаря заградительным пошлинам и активной поддержке государственных институтов развития в России успешно реализуются сразу две программы по созданию новых пассажирских авиалайнеров, отвечающих всем мировым стандартам, — Sukhoi SuperJet 100 и МС-21. Первый из этих самолетов уже начал эксплуатироваться на международных линиях, второй находится на стадии проектирования — в парки авиакомпаний он начнет поступать в конце 2016 года. В общей сложности на эти проекты уже истрачено порядка 4 млрд долларов. В результате наша страна получила новые технологии в производстве современных авиадвигателей (СП НПО «Сатурн» и Snecma), а КБ Сухого смогло восстановить утраченные компетенции по управлению сложными международными проектами и впервые после распада СССР сыграть роль системного интегратора.

Если резко снизить таможенные пошлины и НДС на эти классы воздушных судов, то на обеих программах можно будет поставить крест. Это, безусловно, сыграет на руку нашим конкурентом из Европы, США, Канады Бразилии и Китая, которые, устранив нового сильного игрока, лишь поднимут цену на свою продукцию, что вряд ли будет способствовать развитию российских авиакомпаний. Напомним, что в рамках решений, принятых Таможенным союзом, наши авиаперевозчики и так могут беспошлинно ввозить в Россию практически все модели авиалайнеров за исключением тех, что рассчитаны на перевозку от 50 до 111 пассажиров и от 160 до 219 человек (то есть защищены как раз ниши SSJ100 и MC-21). В рамках ВТО уровень защиты этих самых чувствительных для нас сегментов авиапрома снизится.

Металлурги и производители удобрений: умеренный позитив
Вступление России в ВТО приведет к прекращению квотирования экспорта металлопроката из России в ЕС, заявили «Эксперту» в ОАО «Северсталь». А представители НЛМК уточнили: реальные выгоды почувствуют только производители горячекатаного проката, так как по другим позициям экспортные квоты в ЕС российскими комбинатами не выбираются. На рынке США действуют ограничения на экспорт плоского горячекатаного проката из России. Сейчас ведется пересмотр ограничения поставок тонколистового проката, но этот процесс никак не связан со вступлением в ВТО. Остальная продукция в США не ограничивается. Действующие в других странах антидемпинговые расследования в отношении продукции российских металлургов сохранятся. Однако мы получаем возможность обжаловать часть ранее наложенных на нас ограничительных мер в рамках ВТО, например, в отношении поставок трансформаторной стали в Китай.

Сегодня на металлургию приходится более половины потерь от дискриминационных мер против российских товаропроизводителей на рынках иностранных государств. Присоединение к ВТО позволит решать эти вопросы цивилизованно, в рамках правил мировой торговли.

Что касается внутреннего рынка металлопродукции, то членство в ВТО никаких значимых последствий иметь не будет. В течение последних 10–15 лет мы фактически уже работаем в условиях ВТО на внутреннем рынке (5-процентная ввозная пошлина на большинство товарных позиций по черным металлам не оказывает серьезного сдерживающего влияния на импорт).

Представители отрасли минудобрений говорят, что никакого автоматического улучшения доступа наших экспортеров на внешние рынки вступление в ВТО не обеспечит. «Сегодня доступ аммиачной селитры практически запрещен на рынки ЕС и США, существуют также значительные ограничения для поставок карбамида в США. Но положения ВТО не предусматривают жестких требований отмены антидемпинговых пошлин и других ограничений, — говорит Нина Хангальдян, руководитель департамента “Уралхима”. — Этот вопрос во многом остается в ведении национальных законодательных и иных органов стран — участниц ВТО. Это подтверждает тот факт, что антидемпинговые пошлины ЕС на хлористый калий, от которых страдали наши производители калийных удобрений в течение многих лет, были отменены, прежде всего в связи с изменением ситуации на рынке Западной Европы, а не вследствие грядущего вступления России в ВТО».

Тему продолжает генеральный директор компании “ФосАгро” Максим Волков: «Никаких таможенных барьеров для основной продукции компании “ФосАгро” — фосфорсодержащих минеральных удобрений — в настоящее время нет. Существуют антидемпинговые пошлины на аммиачную селитру при поставках в некоторые страны Евросоюза и Северной Америки. Однако доля этого продукта в объеме экспортных поставок компании “ФосАгро” незначительна. И нельзя сказать, что наличие этого барьера сильно сказывается на экономике компании. Кроме того, данные антидемпинговые пошлины не будут отменены в связи со вступлением России в ВТО. Что касается требований к безопасности продукции, мы уже следуем требованиям европейской системы регистрации, авторизации и доступа на рынок, а монокальцийфосфат имеет сертификат европейской системы GMP+».

Есть время построить филиалы
Произошло дальнейшее открытие российского страхового рынка для иностранных игроков. Общая квота иностранного участия в секторе повышается с 25 до 50%. 49-процентное ограничение на участие иностранного капитала в капитале компаний, занимающихся страхованием жизни и обязательным страхованием, трансформируется в 51-процентное ограничение с даты присоединения и отменяется через пять лет. Через девять лет после присоединения к ВТО формально разрешается работа в России «прямых» филиалов иностранных страховых компаний.

На страховом рынке России иностранные компании сегодня представлены умеренно. Несколько крупных международных и европейских страховщиков работают достаточно активно (в частности, AXA, Allianz, Zurich, ERGO, Metlife, Generali PPF). Некоторые даже входят в топ-10 страховщиков по сборам. Однако совокупные премии всех иностранных «дочек» и компаний с иностранным участием существенно меньше половины рынка, даже с учетом структур, которыми российские акционеры владеют через иностранные юрисдикции (тот же Кипр, к примеру). Иначе говоря, российский страховой рынок — это рынок с доминированием национального капитала, и это резко отличает нас и от стран Восточной Европы, и от большинства развивающихся рынков. И есть надежда, что даже после вступления в ВТО и либерализации требований картина кардинально не изменится.

«Можно ожидать прихода в Россию новых иностранных игроков на рынок страхования жизни и в сегмент обязательного страхования, который будет расти ускоренными темпами в ближайшие годы, — прогнозирует вице-президент ОСАО “Ингосстрах” Илья Соломатин. — Речь идет о компаниях “второго эшелона”, так как все крупнейшие западные страховщики уже ведут бизнес в России. Это приведет однозначно к усилению конкуренции на рынке, к росту разнообразия предлагаемых клиентам страховых продуктов».

«С открытием филиалов иностранных страховых компаний конкуренция в корпоративном секторе может обостриться, — говорит член совета директоров Группы “Ренессанс Страхование” Сергей Рябцов. — Крупные контракты, которые сегодня российские игроки проводят через себя, будут заключаться напрямую. Не исключено, что некоторые западные страховые компании откроют филиалы для своих международных клиентов, работающих в России. Это, в свою очередь, приведет к тому, что российские компании будут вынуждены повысить качество своих услуг и сервиса, отчего клиенты только выиграют».

«Наиболее чувствительный вопрос — деятельность в России филиалов иностранных страховщиков, — рассуждает Илья Соломатин из “Ингосстраха”. — Филиалы никоим образом не регулируются национальным органом страхового надзора, непонятно даже то, разрешительным или заявительным будет порядок их открытия, как будут — и будут ли вообще — формироваться филиалами страховые резервы. Эти и ряд других вопросов должны быть урегулированы в кратчайшие сроки, до окончания оговоренного девятилетнего переходного периода, в течение которого запрет на деятельность иностранных филиалов в России сохраняется».

«Что представляется наиболее важным с точки зрения требований к филиалам? Во-первых, нельзя допустить более льготных, чем у локальных юрлиц, условий их работы. То есть режим регулирования размещения резервов, пруденциальных норм, отчетности и так далее должен быть аналогичным всем остальным компаниям, — говорит заместитель генерального директора рейтингового агентства “Эксперт РА” Павел Самиев. — Во-вторых, филиалы должны заключить договоры в российском праве и не должны иметь возможности судиться с клиентами в иностранных юрисдикциях. Третье: для страхования жизни особенно важно, чтобы резервы размещались только в российские активы».

Хайтек доволен ВТО и хулит таможню
Членство в ВТО принесет российскому хайтеку снижение или отмену пошлин на технологическое, строительное, научное и измерительное оборудование. В течение трех лет после присоединения к Всемирной торговой организации будут отменены пошлины на компьютеры, средства их производства и элементную базу. Пошлины на бытовую электротехнику и электронику снизятся с 15 до 7–9%.

«Вступление в ВТО отрасль информационных технологий почти не затронет, пошлины были и так невысоки, — считает президент IBS Group Holding Анатолий Карачинский. — Но в целом я вступление в ВТО очень приветствую, мы получили более высокий рейтинг для глобальных операций. Вступление в ВТО для страны — это как для компании стать публичной. Инвесторы сразу начинают ей больше доверять, потому что понятно, по каким правилам она играет. ВТО — это тоже набор правил, по которым разрешают конфликты и по которым работает часть законов внутри страны».

«Вступление в ВТО положительно скажется на бизнесе большинства игроков ИТ-рынка и нашей компании в частности, — считает Всеволод Опанасенко, генеральный директор производителя суперкомпьютеров “Т-Платформы”. — В составе наших продуктов наряду с собственными высокотехнологичными разработками присутствуют микроэлектронные компоненты ведущих западных производителей, значительную часть стоимости которых составляют таможенные сборы. Снижение этих пошлин позволит нам сократить себестоимость производства, что повысит конкурентоспособность наших суперкомпьютеров по отношению к решениям западных игроков и, возможно, увеличит нашу прибыль».

«Отмена пошлин на оборудование и комплектующие должна упростить и ускорить импорт-экспорт устройств, которые использует наше производство, — считает Карина Абагян, директор по маркетингу технологического лидера российской полупроводниковой отрасли ОАО “НИИМЭ и Микрон”. — За счет сокращения процедуры оформления на таможне сроки доставки станут более предсказуемыми, а это, в свою очередь, позволит нам уменьшить складские запасы комплектующих, которые фактически являются “замороженными деньгами”». «Таможня — это вообще жуткий тормоз всей экономики», — уверен Анатолий Карачинский.

Отмены пошлин на импортные чипы-конкуренты электронщики не боятся. Как сообщил «Эксперту» одни из игроков рынка, их и сейчас очень часто провозят в Россию в обход таможни — чипы маленькие, они мало весят и дорого стоят, их можно или задекларировать в меньшем объеме (с точностью до грамма таможня не проверяет), или вообще провезти в багаже.

Отечественные хайтечные компании надеются, что теперь через таможню станет легче ввозить инженерные образцы высокотехнологичной продукции из зарубежных R&D-центров. О том, что оформить провоз образца чего бы то ни было, от чипа до бактерии, в обозримые сроки сегодня фактически нереально, говорили «Эксперту» и в компании «Сплат Косметика», производящей зубную пасту, и в «Т-Плафторме», и совсем мелкие инноваторы.

Что касается доступности зарубежных рынков сбыта, то в «Т-Платформах» считают: членство в ВТО ее повысит. А вот для экспортера программного обеспечения компании Spirit, которая производит встроенные продукты для передачи голоса и видео по IP-каналам, новый статус России ничего не изменит. «У нас 95 процентов оборота — это экспорт наших программных продуктов. Но мы стали экспортерами без продаж на внутреннем рынке не от хорошей жизни, а потому, что внутреннего рынка для инновационных продуктов раньше не было», — говорит председатель правления группы компаний Spirit Андрей Свириденко. Правда, на то, что после обнуления пошлин на импортное телекоммуникационное оборудование в России появятся потребители его продукции, он не сильно надеется. Зато в «Ростелекоме» пообещали даже снизить тарифы, когда пошлины на закупаемые им за рубежом системы связи обнулятся.

Над материалом работали Алексей Грамматчиков, Александр Ивантер, Софья Инкижинова, Ирина Кириченко, Василий Лебедев, Наталья Литвинова, Лилия Москаленко, Иван Рубанов, Елена Рыцарева, Илья Ступин, Алексей Хазбиев



http://expert.ru/expert/2011/46/dostatochno-silnyi-dlya-vto/
«Эксперт» №46 (779) /21 ноя 2011


Были ли сведения полезными?